ilion_skiv (ilion_skiv) wrote,
ilion_skiv
ilion_skiv

Categories:

Чудесное оружие III Рейха (VI)

НОВЫЕ КОНКИСТАДОРЫ (Продолжение)


 

“Fl-282”

Именно в Третьем Рейхе был создан первый вертолет, принимавший участие в боевых действиях, в том числе и с борта подводных лодок. В 1940 году Кригсмарине (ВМФ Германии) заказало морской вертолет, способный базироваться на кораблях. Прототип вертолета “Fl-282” был создан Флеттнером (Flettner) на основе “Fl-265”.
Вертолет показал свою высокую эффективность, были разработаны планы на постройку 1000 экземпляров, которые вследствие бомбежек союзниками заводов BMW и Флеттнера оказались невыполнимы. Большинство экземпляров этой уникальной машины, участвовавших в боевых действиях, были уничтожены, из–за опасения, что они могут попасть к противнику. Вертолет был выполнен по схеме с пересекающимися роторами. Левый вращался против часовой стрелки, правый — синхронно по часовой стрелке. Такая схема обеспечивала выдающиеся характеристики управляемости и позволяла выполнить конструкцию компактно, без рулевого винта, что было важно при базировании на палубе, т.е. в условиях ограниченного объема. После окончания войны американский конструктор Каман, используя германский опыт, создал серию машин, выполненных по такой же схеме (33).
И, наконец, в 1944 году немцы первыми в мире применяют крылатые (“Fi-103V-1”, “ФАУ-1”) и баллистические (“V-2”, “ФАУ-2”) ракеты!
Имеет смысл привести характеристику, данную “V-1” одним из авторов уже упоминавшегося нами “Утра магов”, членом Нью-Йоркской Академии наук, а также членом-учредителем Французской Ассоциации научных писателей, Жаком Бержье (34). Его точка зрения заслуживает самого пристального внимания, поскольку Бержье входил в руководство, организованной в 1943 году группы “Марко Поло – Промонтуар” (“Высокий мыс”) (35), занимавшейся научно-технической разведкой в сфере высоких технологий Третьего Рейха, в составе французских Тайных Вооруженных Сил (FFC) (36). Данными группы “Марко Поло”, активно пользовались страны-участники антигитлеровской коалиции (Великобритания, США, Франция).



Жак Бержье

“Снаряд запускался либо с пусковой площадки при помощи струи пара высокого давления (она получалась методом соединения перманганата кальция с обогащенной кислородом водой), либо “ФАУ-1” сбрасывался с летящего самолета. <…> “ФАУ-1” была бесспорной технической удачей. Эту удачу в какой-то степени затмило появление ракеты “ФАУ-2”. <…> Недавно появившееся американское исследование “The complete book of outer space” (Изд. Гном-Пресс) совершенно необоснованно трактует оружие “ФАУ-1” как “малоудачный первый вариант оружия “ФАУ-2”. <…> Как боевое оружие, производимое серийным способом и относительно недорогое, “ФАУ-1” можно считать замечательным техническим достижением. <…> Немцы предполагали направлять на Англию 5000 “ФАУ-1” в сутки, но бомбардировки Пенемюнде и других узловых пунктов производства помешали этому плану. <…> Теперь можно сказать с уверенностью, что обеспечь немцы намеченную цифру в 5000 машин – война на Западе была бы проиграна союзниками. Пришлось бы начать массовую эвакуацию Лондона, морские порты были бы разрушены, операцию по высадке в Европе пришлось бы отложить на неопределенное время. <…> Итак, оружие “ФАУ-1” играло значительную роль до последнего часа великой европейской битвы” (37).
Бержье также вполне справедливо делает акцент на том довольно-таки странном обстоятельстве, что при наличии многочисленных разведывательных донесений о подготовке немцами бомбардировок с применением крылатых и баллистических ракет, союзные службы совершенно игнорировали уже вполне назревшую угрозу: “Природа оружия “X” к этому времени успела для нас проясниться почти полностью. Мы установили, что речь идет о самоуправляемых снарядах, движимых ракетами или моторами нового типа. Один такой снаряд мог в 1942 году превратить в пепел любой пункт Великобритании. В 1944 или 1945 году такие снаряды уже могли бы достигнуть и американского континента. <…> Факты оставались неоспоримыми. У немцев работал один видный русский инженер, старик эмигрант. В июне 1941 года он начал регулярно снабжать нас материалами исключительной ценности. От него мы узнали, что на острове Пенемюнде создан мощный немецкий научно-исследовательский центр и что этот центр занят “доводкой” нескольких видов нового и чрезвычайно опасного оружия. Работавший в Пенемюнде немец – тайный антифашист – добавил, что новое оружие обозначается “Фау” (от “Vergeltung” – мщение) и что оно почти готово... С другой стороны мы знали, что некий С. по поручению фюрера стремится резко увеличить производство в Европе жидкого кислорода. В разных местах северного побережья Европы, как нам сообщали, строились многочисленные пусковые площадки. Надо было быть слепым, чтобы в сумме этих донесений не увидеть назревавшей угрозы. Тем не менее, в конце 1942 года лондонский объединенный штаб союзного главнокомандования нисколько не интересовался известиями о новом мощном оружии. Это было тем более странно, что Британское общество по изучению межпланетных полетов, созданное в Ливерпуле, давно уже занималось созданием ракет сверхдальнего действия и, естественно, описания подобных ракет должны были существовать в Великобритании. С требованием разыскать эти досье мы обращались в четырнадцать органов союзных объединенных штабов. Однако мы и сегодня не знаем, было ли что-нибудь предпринято или нет” (38).
Английский историк Дэвид Ирвинг пишет: “Представляется бесспорным – для обстрела крупных целей при среднем радиусе действия самолет-снаряд “ФАУ-1” не имел себе равных по простоте и эффективности. <…> Впоследствии генерал Эйзенхауэр сказал: ”Если бы немцам удалось создать и использовать новое оружие шестью месяцами раньше, чем случилось в действительности, это заметно осложнило бы высадку наших войск в Европе или сделало бы ее вовсе невозможной…” <…> Если бы операция Эйзенхауэра хоть на миг дала сбой, ситуация на фронте могла бы обернуться не в пользу Запада. Германия с ее реактивными самолетами могла бы хоть на время захватить воздушное господство, укрепить оборону и завершить реализацию программы по сооружению подземного нефтеперерабатывающего завода” (39).



“Fi-103V-1”

За первую фазу (с 12 июня по 1 сентября 1944 года) обстрела Лондона крылатыми ракетами погибло 7810 человек (из них 1950 летчиков союзных войск). В секретном докладе от 4 ноября 1944 года, министерство ВВС Великобритании признавало: “Основной вывод таков: результаты компании говорят в пользу противника. Примерное соотношение наших расходов и расходов противника составляет четыре к одному”.
Высокий уровень причиняемого ущерба объяснялся тем, что большая часть крылатых ракет несла в себе триален, мощность взрыва которого почти вдвое превышала мощность обычной взрывчатки. Таким образом, по силе взрыва крылатые ракеты с триаленом сопоставимы с 400-фунтовыми бомбами.
С июня 1944 года и до 29 марта 1945 года территорию Великобритании поразили 3200 крылатых ракет, из них 2419 поразили Лондон. За время войны различными заводами и сборочными цехами было выпущено от 30000 до 32000 крылатых ракет (40).
Существовал и пилотируемый вариант “Fi-103V-1”. Он предназначался для использования против кораблей, а также хорошо защищенных наземных целей и получил кодовое обозначение “Reichenberg”. В рамках программы “Reichenberg” были созданы четыре пилотируемых варианта “Fi-103V-1”, в том числе три учебных: “Reichenberg I” (одноместный вариант с посадочной лыжей); “Reichenberg II” (со второй кабиной на месте боеголовки); “Reichenberg III” (одноместный вариант с посадочной лыжей, закрылками, ПуВРД “Argus Аs-014” и балластом на месте боеголовки). Боевой вариант “Reichenberg IV” был простейшей переделкой стандартной ракеты (41).
Аэродинамические и баллистические характеристики “V-1” обсчитывались с помощью первого в мире универсального цифрового, свободно программируемого компьютера “Z3”, имевшего все соответствующие атрибуты: процессор, память, устройства ввода и вывода, работавшие в десятичной системе и т.д. Машина была сдана в эксплуатацию производителям военных самолетов в декабре 1941 года. Эта программируемая вычислительная машина, созданная на базе электронных реле, оперировала 22-разрядными словами данных, каждое из которых могло быть помещено в память компьютера за один тактовый цикл, общий объем памяти достигал 64 слов по 22 бита. Для задания сложных алгоритмов вычислений в “Z3” использовался разработанный ее конструктором Конрадом Цузе (Konrad Zuse) “набор инструкций”, включавший в себя около десяти основных и несколько десятков дополнительных команд, являвшийся de facto простейшим языком программирования (42).
8 сентября 1944 года в 18 часов 38 минут немецкие ракетные войска, дислоцированные в Западной Голландии, совершили боевой запуск первой в мире одноступенчатой баллистической ракеты “А-4”.



“А-4”

Именно с момента создания “А-4” (“V-2” или “ФАУ-2”) начинается история современного ракетного оружия.
Её масса составляла около 13 тонн, длина — 14 метров. Боевая часть массой до 1 тонны размещалась в головном отсеке. Жидкостный ракетный двигатель работал на 75-процентном этиловом спирте (3,5 т) и жидком кислороде (5 т). Он развивал тягу 270 кН (27 тс) и обеспечивал максимальную скорость полёта до 1700 м/с (6120 км/ч), дальность достигала 320 км, высота траектории около 100 км (43)!
По сведениям из немецких источников, вплоть до декабря 1944 года ракетными войсками Германии была выпущена 1561 ракета “А-4”, включая 924 ракеты на Антверпен и 447 ракет на Лондон. В целом пределов Лондона достигли 517 баллистических ракет, пределов Антверпена – 1265 ракет. В разных районах Британии упали 537 ракет. В 1944 году помимо Лондона и Антверпена были подвергнуты обстрелу еще тринадцать городов: Норвич (43 ракеты), Льеж (27), Лилль (25), Париж (19), Туркуэн (19), Маастрихт (19), Хасселт (13), Турнэй (9), Аррас (6), Камбрэй (4), Монс (2), Дьест (2), Ипсвич (1) (44).



Вернер фон Браун и Вальтер Дорнбергер, 1944

Главный специалист НПО “Энергомаш” им. академика В.П. Глушко, Вячеслав Рахманин следующим образом характеризует “A-4”: “По своим техническим характеристикам ракета “А-4” была уникальным научно-техническим достижением, никто в мире даже близко не подходил к реализации такой мощной ракеты. <…> И если в военном отношении ракета “А-4” практически не оказала серьезного влияния на ход войны, в научно-техническом плане ее создание стало выдающимся достижением немецких специалистов, получившим признание у специалистов всех стран, впоследствии создававших ракетное вооружение. Создание конструкции самой ракеты “А-4”, а также промышленной структуры для ее производства и войсковых частей, осуществлявших эксплуатацию, стало мощным катализатором мирового прогресса в ракетостроении, послужило толчком для дальнейшего развития фундаментальных и прикладных наук. <…> Укажем лишь на один пример: тяга “А-4” составляла 25 (по другим данным 27 тс – А.К.) тс, в то время как самый мощный ЖРД в СССР имел тягу не более 1,5 тс ” (45).
Успехи немцев в развитии ракетной техники оказались для победителей просто ошеломляющими. Крайне характерна реакция специалистов, которые, впервые увидев “A-4”, не могли поверить в то, что в 40-е годы возможно существование столь совершенной ракеты (46). Один из талантливейших конструкторов В.Ф. Болохвитинов не мог поверить, что в условиях войны немцам удалось создать столь мощный ракетный двигатель (47).
Надо отдать должное – в Третьем Рейхе к 1945 году удалось создать практически весь спектр управляемого ракетного оружия! И хотя многие образцы не были доведены до серийного производства, именно они впоследствии послужат основой для развития мирового ракетостроения!
В распоряжении американцев оказался научно-инженерный и руководящий состав немецкого ракетного проекта во главе с генерал-лейтенантом Вальтером Дорнбергером и штурмбанфюрером СС Вернером фон Брауном.
Теперь американцам как никогда становится очевидным колоссальное отставание Америки в области ракетостроения. С этого момента их главной задачей становится не создание собственных ракетных технологий, а воспроизведение результатов, достигнутых немецкими конструкторами. Все силы брошены на освоение чужого опыта.
В рамках секретной программы “Overcast” (“Облака”), военным командованием в условиях повышенной секретности было интернировано, а затем вывезено в США около 500 немецких специалистов в области разработки ракетной техники, а также богатейшие технические архивы ракетного центра в Пенемюнде. В том числе, чертежи и результаты разработки новейших ракет от “А-5” до “А-10”, среди них и двухступенчатый вариант МБР “А-9/А-10” (48) с запланированной дальностью полета более 4000 километров!
Помимо этого в США было вывезено более 100 готовых к использованию ракет “А-4”, а также множество разрозненных ракетных блоков, узлов, агрегатов (49).
К концу июля 1945 года на испытательный полигон Уайт-Сэндс было доставлено 300 вагонов с агрегатами и деталями ракет “A-4” (50).

(Продолжение следует)

Примечания:

33 http://skypioneers.kiev.ua/roll/record/?95.
34 Бержье Жак (1912–1978) – родился в Одессе, эмигрировал с родителями в 1920 г. в Польшу, затем во Францию, в Париж (1925). Инженер-химик, кандидат наук. Учился в Сорбонне и Высшем национальном химическом училище. С 1934 года по 1939 год работал в лаборатории профессора Андре Гейльброннера над проблемами влияния тяжелой воды на ядерные процессы. Синтезировал полоний на основе висмута и “тяжелого водорода”. С начала войны сражался в рядах Сопротивления. В 1944 году был арестован Гестапо и отправлен в концлагерь (сначала в Нойе Бремме, с февраля 1945 года – Маутхаузен). После освобождения награжден высшими орденами Франции и многими иностранными орденами, в том числе и советскими, за крупные успехи в деле уничтожения “Фау”. После окончания войны вернулся к научной работе. В 1947 году получил патент на электронное управление охлаждением при реакторных процессах. Последняя из опубликованных научных работ касается математического анализа цепной реакции при массе урана, не достигающей критической.
35 “Возглавлял группу французский ученый Андре Гейльброннер (к слову, еще одно действующее лицо “Утра магов”, упоминаемое в связи с фигурой Фулканелли – А.К.), хорошо знакомый с проблемами жидкого воздуха, ультрафиолетовых лучей и тяжелой воды. Вместе с ним борьбу вел Альфред Эшкенази, большой специалист в области кибернетики. Третьим в этом добровольном научном разведывательном центре был Жак Верн (настоящая фамилия – Бержье)” (Мадер Ю. Тайна Хантсвилла. М., 1964. С. 82).
36 “Forces françaises Claudestines”. Впоследствии были переименованы в FFI (ФФИ) “Forces françaises de I'lntérieur”, Внутренние Вооруженные Силы. В книге имеется фотокопия с воинского удостоверения. Согласно этому документу (№ 23143) капитан Бержье (Жак) мобилизован 24 февраля 1943 года и демобилизован 19 мая 1945 года. Имеются отметки о многочисленных наградах (Бержье Ж. Секретные агенты против секретного оружия).
37 Там же.
38 Любопытно, что, как подчеркивает Бержье, ровно тождественное положение дел сложилось и в отношении атомного проекта Третьего Рейха: “нам было известно, что в Германии также упорно велись работы над расщеплением ядра. Сейчас можно сказать прямо, что союзники недооценивали значение этих работ. Секретные обзоры – в частности, обзор профессора Гудсмита – страдали неполнотой и каким-то блаженным оптимизмом. В области атомных исследований немцы продвинулись гораздо дальше, чем принято думать”. Известно, что американские специалисты по новым видам оружия дважды дали отрицательное заключение о возможности создания атомной бомбы. Бомба была создана не военными, а штатскими, как явствует из сообщения английского журнала “Обсервер” от 4 октября 1953 года. В этом вопросе нам вполне возможно доверится авторитету Бержье, который как редактор и составитель специального издания по вопросам электронной техники, пользовался определенной известностью в кругах немецких физиков. Немаловажная деталь – Бержье выступал в качестве переводчика трудов, уже знакомого нам по первой части исследования, профессора Манфреда фон Арденне, принимавшего самое непосредственное участие в работах по созданию немецкой атомной бомбы (Там же). Примечательна послевоенная судьба фон Арденне – после окончания войны он, наряду с другими специалистами (Густавом Герцем, Вернером Цулисом, Гюнтером Виртом, Николаусом Рилем, Карлом Зиммером, Робертом Депелем, Питером Тиссеном, Хайнсом Позе и др.) оказался в СССР, а именно в Сухумском физико-техническом институте (СФТИ). О том, что немецкие специалисты сделали немало, говорит следующий примечательный факт – сразу после успешного испытания первой советской атомной бомбы, среди восемнадцати человек, удостоенных звания Героя Социалистического труда, был Николаус Риль. Манфред фон Арденне за вклад в разработку технологии разделения изотопов и создание измерительной аппаратуры был удостоен Сталинской премии 3-й степени. По возвращении в ГДР, фон Арденне основал первый институт медицинской радиоэлектроники (Васильев В.А. Абхазия – кузница ядерного оружия. // http://nvo.ng.ru/history/2005-08-19/5_abhazia.html).
39 Ирвинг Д. Оружие возмездия. С. 15–16, 332. Издание предваряет следующее уведомление, которое мы посчитали нужным привести здесь: “Автору этой книги был предоставлен доступ к ряду официальных документов. <…> В соответствии с общепринятой практикой автору не разрешено было указывать официальные документы, которые он использовал в своей работе”.
40 Там же. С. 320–321.
41 http://koapp.narod.ru/information/encicl/aviation.WW.II/WW_II/Fi103.htm.
42 Цузе первым понял, что основой компьютерной обработки данных должен быть бит (он назвал его “да/нет статус”). Это означает, что любые вычисления можно производить, основываясь на элементах (наподобие реле), имеющих два физических состояния (замкнуто и разомкнуто). Цузе также ввёл понятие условных суждений для формул двоичной алгебры и придумал “машинное слово”. Любопытно, что свой первый компьютер, работа над которым началась еще в 1936 году, Цузе назвал “V-1” (“Versuchsmodell-1”, “Фау-1”). В 1938 году, когда работа над “V-1 была завершена, он был переименован в “Z1” (Белоконь А. Первый компьютер. //http://naturalist.rarib.ru/zuse.htm.). Практическая ценность “Z1” была достаточно низка, однако настоящим открытием являлась логика аппарата – de facto Цузе доказал самую возможность создания программируемых вычислительных машин, работающих с двоичным кодом. Подчеркнем – не имея ни малейшего представления об устройстве и принципах работы других вычислительных машин, Цузе полностью и фактически на пустом месте разработал не только механику, но и математическую логику своего устройства. Примечательно, что в то время как за разработчиками американских вычислительных систем стояли целые университеты, Министерство обороны и мощные корпорации, Цузе работал самостоятельно. Ему помогали лишь несколько друзей, выделивших небольшую сумму на его пионерские исследования. В 1940 году, уже заручившись поддержкой исследовательского центра берлинского авиационного завода “Henschel”, Цузе разработал и ввел в эксплуатацию “Z2” – компьютер, оснащенный цифровым процессором на основе реле и вакуумных трубок, который мог автоматически рассчитывать ряд параметров геометрии стабилизаторов авиационных бомб, преобразовывать аналоговое значение этих параметров в двоичную систему счисления, вычислять необходимые данные по заранее введенным оператором формулам и выдавать итоговый результат в виде десятичных чисел. Для этой машины Цузе придумал остроумное и дешевое средство ввода данных: он стал кодировать инструкции, пробивая отверстия в 35-миллиметровой фотопленке. Продолжая работать на заводе, в 1941 году Цузе организует коммерческую фирму, ставившую своей целью развитие компьютерных технологий! Заключив с заводом контракт, фирма под руководством Цузе менее чем за год успешно разработала и внедрила в военную промышленность ЭВМ нового поколения “Z3”. После этого Цузе заключил контракт с Научно-исследовательским управлением ВВС Германии на проектирование “Z4”, включавшей в себя лучшие разработки Цузе, реализованные им в предыдущих проектах. Эта машина обладала уже 1024 регистрами памяти для хранения 22-битных слов, мощным процессором на основе реле, позволявшим с высокой скоростью выполнять преобразования двоичных чисел. Проект был завершен в декабре 1944 года (Первушин А. Астронавты Гитлера. М., 2004. С. 295–298.). Единственный уцелевший компьютер Цузе – “Z4”, претерпев после войны несколько незначительных модификаций, был установлен в институте прикладной математики в Цюрихе (Eidgenoessische Technische Hochschule), где проработал почти без перерывов в течение пяти лет над вполне реальными проектами (это был один из двух работавших тогда в Европе компьютеров, вторым была МЭСМ Сергея Лебедева). Затем он был перевезён во Францию, где работал ещё примерно столько же. В настоящее время “Z4” можно увидеть в Мюнхенском Deutsche Museum. Добавим, что с 1942 года Цузе вынашивал идею алгоритмического языка программирования. Спустя несколько месяцев после окончания войны Цузе разработал алгоритмический язык для инженерных расчётов (Plankalkűl). В Plankalkűl вводилось понятие объекта, он позволял работать с подмассивами данных, подпрограммами и даже с массивами программ. Цузе придумал оператор присваивания и определил для него отдельный знак. По уровню Plankalkul соответствовал распространённому в 1960-1970 годы языку ALGOL 60/68 (Белоконь А. Первый компьютер).
43 Морозов К.В. Фау–2. // http://www.hrono.ru/organ/ukazatel/vau2.html.
44 Ирвинг Д. Оружие возмездия. С. 308, 313–314.
45 Рахманин В. О “немецком следе” в истории отечественного ракетостроения. // Двигатель. № 1 (37) 2005. //http://engine.aviaport.ru/issues/37/page52.html.
46 В конце 1944 года, оценивая перспективы развития ЖРД, С.П. Королев направил докладную записку в наркомат авиационной промышленности, в которой писал: “В ближайшие год-два вспомогательные (авиационные) реактивные установки явятся наиболее жизненной формой использования жидкостных ракетных двигателей на современной стадии развития” (Там же). Как видим немецкий опыт очень скоро не оставит камня на камне от этих прогнозов.
47 Анализируя технический уровень конструкции двигателей “А-4” и ЗУР “Wasserfall”, двигателист, будущий академик В.П. Глушко в докладных записках от 23 ноября 1945 года председателю Особой правительственной комиссии Л.М. Гайдукову и более детальной от 31 мая 1946 года, представленной министру вооружения Д.Ф. Устинову указывал, что осваивать изготовление таких двигателей с целью дальнейшего их совершенствования в то время в СССР было негде в связи с отсутствием предприятия, занимающегося изготовлением подобных технических объектов (Там же).
48 Речь идет о проекте двухступенчатой МБР “А-9/А-10” (полный вес около 90 тонн, высота – свыше 30 метров, аналог американских МБР “Атлас” и “Титан”, созданных спустя 15 лет), предназначенной для обстрела Нью-Йорка и Вашингтона. В качестве первой ступени, представлявшей собой стартовый ускоритель, служила ракета “А-10” (высота – 20 метров, диаметр – 4,1 метра, стартовый вес – 69 тонн). Она обеспечивала вертикальный запуск и скорость примерно 1180 м/с (4250 км/час). Вторая ступень (“А-9”) представляла собой крылатую модификацию ракеты “А-4b” (на новом топливе “SV-Stoff” – окись азота и “визол”), несущую 910 килограммов взрывчатого вещества или оснащенную кабиной пилота. Планируемая для “A-9/A-10” дополнительная разгонная ступень “A-11” позволила бы выводить космические спутники. Ещё один разгонный блок “A-12” – превращал систему в четырёхступенчатую ракету, где “A-9” выступала бы в качестве орбитального челнока. В рамках этой программы в конце 1943 года в подгорном массиве в районе Гнюндена (северо-восточная Австрия) началось строительство гигантского подземного комплекса под кодовым обозначением “Zement”. Известно, что до окончания войны было проведено два успешных испытания ракеты “А-9” (http://www.polarcom.ru/~vvtsv/s_doc14.htm). Однако до сих пор нет достоверных сведений о том, проводились ли испытания проекта “А-9/А-10” в целом. Ю. Мадер пишет, что пробный запуск “А-9/А-10” произведенный 8 января 1945 года, оказался неудачным (Мадер Ю. Тайна Хантсвилла. М., 1964. С. 156). Согласно другим источникам было проведено несколько успешных пусков “А-9/А-10” в сторону Северного моря. А 22 апреля 1945 года советскими специалистами из НИИ авиационного оборудования во главе с генералом Николаем Петровым была обнаружена гидроплатформа от ступени “А-9”, назначение которой оставалось неизвестным вплоть до обнаружения экземпляра самой ракеты “А-9/А-10”. Петров сообщает о находке своему шефу наркому Алексею Шахурину, а тот в свою очередь – наркому боеприпасов Борису Ванникову. Место находки (полигон Куммерсдорф) оцеплено; ракету разбирают, грузят в эшелон и под усиленной охраной отправляют в Советский Союз, где ее следы теряются (Руденко М. Астронавты фюрера. // Воздушный транспорт. 05.11.2004). По другой версии, немцы произвели около 48 пусков “А9/А10”, причем в 1944 году на старте и в полете взорвалось 16 образцов. Встречаются утверждения (со ссылкой на западных историков), согласно которым “А9/А10” была не только сконструирована, но и доведена до серийного производства. В качестве аргумента приводится история операции “Elster” (“Сорока”). В ночь на 30 ноября 1944 года во Французской бухте залива Мэн всплыла ПЛ “U-1230”, с ее борта высадились двое диверсантов, прошедших подготовку в лаборатории концерна “Сименс”, где их обучали наведению ракет на цель с помощью радиосигналов – Эрих Гимпель (офицер Главного управления имперской безопасности (РСХА), имевший опыт разведывательной работы в Великобритании и США; был резидентом РСХА в Перу) и Уильям Колпаг (американец немецкого происхождения, завербованный германским консулом в Бостоне, окончил Массачусетский технологический институт, затем военно-морское училище; после выполнения нескольких заданий через Аргентину и Португалию был переправлен в Германию). Диверсанты порознь благополучно добрались до Нью-Йорка. Там Колпаг, пытаясь устроиться на работу в нужных ему высотных зданиях, был разоблачен и арестован. На первом же допросе он сообщил о своем задании и выдал Гимпеля, однако он не знал его местонахождение. Несколько недель шла крупнейшая в США в военные годы облава с участием тысяч агентов. 30 декабря 1944 года Гимпель был арестован (Первушин А. Астронавты Гитлера. С. 242–244). Бержье в своей книге “Секретные агенты против секретного оружия” приводит совсем иную версию произошедшего: “Канарис деятельно занимался охраной тайны “Фау” и одновременно среди прочих своих обязанностей готовил будущую бомбардировку Нью-Йорка. Такая бомбардировка могла быть успешной в том случае, если на значительной высоте над Нью-Йорком будет размещено несколько коротковолновых передатчиков. Они служили бы наводящими радиомаяками для ракет сверхдальнего действия типа “Фау-3”. Уже в 1942 году Канарис начал засылать в Соединенные Штаты небольшие группы своих агентов. Паспорта и прочие документы у них были в безупречном порядке. Нацисты должны были на американской территории, из американских материалов изготовить коротковолновые передатчики-радиомаяки, а затем установить их на нью-йоркских небоскребах в определенной конфигурации для взаимодействия. Руководителем этой операции был назначен Отто Скорцени. Для того чтобы отвлечь внимание от этих групп и занять работников американской разведки, Канарис допустил провал собственной службы саботажа, которой руководил майор Эрвин Лахузен. Им хладнокровно пожертвовали, отдав его в руки американской разведки. Еще восемь нацистских агентов были доставлены немецкими подводными лодками на американский материк. Четверо были арестованы на Лонг-Айленде, а четверо во Флориде. Семеро из них были заранее обречены, сами того не зная, на расстрел. И все они были расстреляны. Делалось это для того, чтобы спасти восьмого, который и был основным агентом Канариса. Этот человек жив и сейчас, он пребывает в американской зоне на свободе. Такой сложной и жестокой системой Канарису удалось создать на территории Соединенных Штатов активную диверсионную группу. Одновременно он установил косвенную связь с американской миссией в Швейцарии, которой руководил в то время Аллен Даллес. Этот контакт был нужен немцам для предъявления в нужный момент ультиматума США, который звучал бы так: капитуляция или уничтожение. Все было продумано: приспособления для запуска грандиозных ракет «Фау-3» были смонтированы на подводных лодках. Ракеты предполагалось выпустить в открытом море с приблизительным направлением на Нью-Йорк. Радиомаяки Скорцени в воздухе вывели бы ракеты точно на цель” (Бержье Ж. Секретные агенты против секретного оружия).
49 Рахманин В. О “немецком следе” в истории отечественного ракетостроения.
50 Первушин А. Астронавты Гитлера. С. 301–302.
Tags: III Рейх, архив, картина мира
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments